18. März 2019

Между цензурой и сопротивлением

Ulrich Heyden
Foto: Ulrich Heyden

Предисловие

Почти пять лет мы живем в новой холодной войне. В этой войне традиционные СМИ и интернет играют главные роли. Но все труднее становится обычному человеку сформировать свое мнение, ведь обе стороны зачастую работают примитивными штампами и публикуют только то, что укрепляет собственную позицию. А то, что находится между черным и белым, между этими двумя правдами, почти не замечают.

Россию на Западе показывают в самом худшем свете. Но это не реальная Россия. Это не та Россия, где я - немецкий журналист - уже 27 лет живу и работаю. Россия гораздо многообразнее и интереснее, чем та Россия, которую показывают СМИ в Украине и на Западе.

Как устроено российское общество многие люди в других странах даже и не представляют. Поэтому, еще в 2009 году, я с коллегой Уте Вайнманн написал книгу под названием «Оппозиция против системы Путина». В 2009 году нас не очень интересовал Гарри Каспаров и его движение «Другая Россия», которые получили огромное внимание в немецких СМИ. Мы хотели представить немецким читателям инициативы граждан России, выступающих за права простых людей. Мы беседовали с инициативными жителями, выступающими против уплотнённого строительства в городских центрах, с экологическими активистами-противникам импорта ядерных отходов в Россию и с рабочими Форда во Всеволожске, успешно бастующими за заключение коллективного договора.

Одна из глав нашей книги, которую я здесь публикую, посвящена российскому медиа-ландшафту. Вы узнаете о том, как средства массовой информации используются политиками для обеспечения своей власти, а также о журналистах, стремящихся идеалу, ведь средства массовой информации должны являться четвертой властью наряду с правительством, парламентом и судами. Журналисты должны помочь людям заглянуть за кулисы политики, администрации и бизнеса.

Что изменилось во внутренней жизни российского общества и российском медиа-ландшафте  с 2009 года?

Со времени украинского кризиса линия фронта между ориентированными на Запад либералами и российскими патриотами в СМИ пролегла еще отчетливей. У либералов по-прежнему есть такие СМИ, как Радио “Эхо Москвы”, интернет-телеканал “Дождь” и «Новая газета», и рот им не закрывают.

Государственное телевидение представляет патриотическую, экономически либеральную линию.

В ток-шоу регулярно дают слово критикующим Кремль экспертам и журналистам из Украины и стран Запада. Критический дух в основном можно найти в российском Интернете. Там есть Youtube-каналы высокого профессионального качества от левых оппозиционеров, которые беспрепятственно вытаскивают на свет социальные проблемы и критикуют неолиберальную экономическую политику российского правительства. По моим наблюдениям, в России не меньше свободы прессы, чем в Германии.

(Текущий статус упомянутых в тексте средств массовой информации, в случаях, где с 2009 года произошли значительные изменения, указан в сносках.)

Отрывок из книги

Если сравнивать со временами Путина-Медведева, то в 90-е годы при Ельцине свобода прессы была, хотя и несколько ограничена.  В начале чеченской войны 1994/95 года российские СМИ, и особенно телеканал НТВ, были крайне критичны насчет войны. Зрители и читатели узнавали кое-что о гибели неопытных призывников, они получали впечатление о коррупции и усталости от войны с российской стороны. Они также получали представление о чеченской воле к свободе.

В 1990-х годах у Кремля не было очевидной монополии на мнение. Олигархи, такие как Борис Березовский и Владимир Гусинский, построили свои собственные медиа-империи. Березовский купил один из трех основных телеканалов - ОРТ (1). „Медиа-Мoст“- медиагруппа, основанная бывшим театральным режиссером Гусинским, внесла значительный вклад в свободу информации и многообразие мнений. Их основным броненосцем был телеканал НТВ.

После избрания Путина на пост президента медиа-империи олигархов были расформированы. Телеканал ОРТ Бориса Березовского внес значительный вклад в победу Путина и приближенной к Кремлю партии «Единая Россия» на выборах 1999 и 2000 годов. Но после выборов произошел разрыв между Путиным и Березовским. В 2001 году олигарх продал свои акции ОРТ и бежал в Лондон.

В том же году телеканал Гусинского НТВ, якобы из-за чрезмерной задолженности, был захвачен полугосударственной компанией «Газпром-Медиа». Телевещание стало следовать линии Кремля. Некоторым журналистам пришлось искать работу в других местах.

Основанный в 1998 году, «Газпром-Медиа» стал важным игроком на медиарынке. Компания также унаследовала от медиа-империи Гусинского еженедельный журнал «Итоги» (2).

Сегодня „Газпром-медиа” владеет, кроме прочего, проправительственной ежедневной газетой «Известия» и 66% критически настроенной к Кремлю радиостанции «Эхо Москвы». В 2004 году на телевизионный канал НТВ пришла вторая волна очистки. Издание информационного журнала «Намедни» был прекращено. Поводом послужило интервью с вдовой бывшего президента Чечни Зелимхана Яндарбиева, убитого российскими секретными агентами.

Бывший председатель правления “Намедни” Леонид Парфенов, 1960 года рождения, перешел в российское издание Newsweek в качестве главного редактора. В 2007 году Парфенов ушел из издания, принадлежавшего немецкому “Springer Group”, и стал писателем.

В 2005 году было закрыто ток-шоу НТВ «Свобода слова». В программе регулярно выступали оппозиционные политики. Часто речь шла о словесных битвах между ультранационалистом Владимиром Жириновским и представителями правых либералов, вроде Бориса Немцова. Представители Кремля и ведущие члены кремлевской партии «Единая Россия», которые в то время уже представляли абсолютное большинство депутатов в Думе, не участвовали в ток-шоу.

Модератор «Свободы слова» Савик Шустер (3) был главным редактором московской редакции Радио «Свобода» с 1996 по 2001 год, а после того, как программа была закрыта, переехал работать в Киев, где в то время Оранжевая революция праздновала свою победу. В Киеве Шустер работал ведущим на ток-шоу для телеканалов IСTV, Интер и ТРК Украина.

СМИ как боевое оружие

В России средства массовой информации являются игрушкой в руках могущественных людей. В начале 1990-х годов это были олигархи и государство, сегодня же СМИ использует только государство. Тот факт, что телевизионный канал ОРТ называет себя «общественным российским телевидением», вводит в заблуждение, поскольку общественный контроль над телеканалом по факту обществом не осуществляется.

Тот факт, что на российском телевидении закончился определенный плюрализм, явно проявился в президентской избирательной кампании в 1996 году. Телевидение не было форумом для споров, не было реальным источником информации - это было только боевое оружие против кандидата от коммунистов Геннадия Зюганова. Кампания в пользу Бориса Ельцина также захватила и газетный ландшафт.

Многие демократические журналисты потеряли тогда, скажем так, свою невинность. Эта новая для России форма медиа-политики продолжилась так называемыми «информационными войнами» между отдельными олигархами.  Раздувая скандалы, они пытались поделить доли рынка между собой. Журналисты подключились к игре. Воюя от имени олигархов днем, вечером они сидели вместе дружно и мирно за парой-другой бутылками водки, пытаясь расслабиться после тяжелой работы.

С тех пор население привыкло к тому, что различные группы интересов публикуют статьи в прессе и платят за них. Люди замечают это особенно во время избирательных кампаний. Все это называется «черный пиар». Политические оппоненты демонизированы и дискредитированы слухами, зачастую лживыми.

Рискованная работа

Абсолютный контроль над СМИ в России на сегодня уже не существует. Особенно на рынке печатных СМИ и в регионах есть некие лазейки для критической журналистики. Эти ниши Кремль терпит, потому что они не представляют никакой угрозы для власти. Например, сегодня в московских газетных киосках вы можете выбирать из нескольких критических к Кремлю газет - «Коммерсант», «Время новостей» (4), «Новая газета», и журналов - «Коммерсант-Власть», русское издание Newsweek (5), The New Times (6).

Однако тиражи этих СМИ достаточно небольшие - не более 150 000 экземпляров. Критические и взыскательные печатные СМИ востребованы преимущественно средним классом в городах. Для сохранения власти в стране важнее не газеты, а телевизионные каналы, транслируемые на национальном уровне: Первый Канал, Россия, НТВ и Рен ТВ.

Однако Рен ТВ не придерживается стопроцентно линии Кремля, что доказывают появляющиеся на нем иногда представители оппозиции. 56% Рен ТВ принадлежит ИК “Аброс”, которой управляет доверенное лицо Путина, 30 процентов - немецкой “RTL Group”, и по 7 процентов - у нефтяного концерна «Сургутнефтегаз» и холдинга «Северсталь».

Хотя немецкая медиакомпания и участвует в Рен ТВ, в ноябре 2005 года был серьезный случай цензуры. Ведущая Ольга Романова была уволена. Причиной увольнения были два сообщения в вечерних новостях, которые были удалены редакцией программы. Одним из них было расследование в отношении Александра Иванова, 29-летнего сына тогдашнего министра обороны России. Иванов-младший на своей машине насмерть сбил российского пенсионера.

Либеральное Радио Эхо Москвы также имеет свою нишу. Хотя 66% акций и принадлежит «Газпром-Медиа», оно сохраняет определенную независимость, однако левые голоса редко звучат на либеральной радиостанции.

На самом деле на медиарынке фактически существует разделение на два класса. В то время как простых людей „кормят“ старыми зарубежными развлекательными фильмами, советской классикой и „мусорным“ телевидением, хорошо образованная публика и средний класс имеют множество возможностей для обеспечения себя интеллектуально. В Москве вы легко можете купить сложную и критическую литературу российских и западных авторов.

Вы можете установить антенну-сателлит на балкон и смотреть то, что хотите. Можно получать информацию из большого количества русскоязычных сайтов, критически настроенных к Кремлю,

Всякий раз, когда критические журналисты покидают свои ниши и расследуют конфликты, которые затрагивают общество в целом, называя имена и раскрывая случаи коррупции, это становится опасным. Это особенно коснулось «Новой газеты» - издающейся три раза в неделю в количестве 171 000 экземпляров, ставшей известной благодаря репортеру Анне Политковской, которая много работала в Чечне. Даже известные владельцы - 49 процентов газеты принадлежали Михаилу Горбачеву и миллиардеру Александру Лебедеву (7), остальная часть коллективу журналистов Новой Газеты (8) - не смогли защитить журналистов газеты от пуль убийц.

Четверо газетных журналистов убиты. Игорь Домников, специализировавшийся на коррупционных делах в нефтяной сфере, был убит в мае 2000 года при входе в свою квартиру молотком. Юрий Шекочихин, который расследовал случай контрабанды с участием некоторых из высокопоставленных сотрудников местной разведки, предположительно умер от аллергической реакции в июле 2003 года.

Анна Политковская, которая сообщила, что президент Чечни Рамзан Кадыров лично участвовал в пытках политических оппонентов, была застрелена в октябре 2006 года в своем доме. Анастасия Бабурова, которая исследовала правые группы скинхедов, была застрелена на улице в центре Москвы в январе 2009 года.

В целом рискованными являются расследования, которые затрагивают интересы структур или компаний государственной безопасности. Типичным для России случаем было нападение полицейских на репортера Первого канала Ольгу Кирий в феврале 2006 года. Репортер сняла фильм о жертвах терактов против казино в северокавказском Владикавказе.

Г-жа Кирий снимала в больнице, где лечились жертвы. Ей угрожали трое пьяных полицейских. Они толкнули репортера в пустую офисную комнату и закрыли дверь. Г-жа Кирий рассказала: «Он (полицейский) затащил меня в офис, ударил меня, я упал на диван, микрофон выпал из моей руки».

В то время как полицейский напал на нее с кулаками и ногами, другие двое в униформах наблюдали за этим. Полицейский ударил ее по лицу и животу (9). Насилие закончилось только тогда, когда пришли люди, которые услышали крики репортера.

О нападении она сообщила в прямом включении. Видимо, поскольку репортер работал на крупнейшем российском телеканале, инцидент имел последствия: в июне 2006 года суд северокавказского Владикавказа приговорил полицейского, который избивал журналистку, к трем с половиной годам исправительных работ.

Белое пятно Чечня

На русской карте много белых пятен, о которых не передает новости российское телевидение. Самым заметным является отсутствие освещения новостей из Чечни.

Только немногие российские журналисты, работающие в печатных СМИ, и очень редко - иностранные журналисты, отправляются сейчас в кавказскую республику, хотя возможность похищения и бомбардировки сепаратистами сегодня маловероятна. Тем не менее, иностранным журналистам, МИД России рекомендует ехать в Чечню и Ингушетию только в организованных группах в сопровождении российских служб безопасности

Результат блокировки фактической информации: российский народ, и население Европы сегодня почти ничего не знают о повседневной жизни в Чечне. Российские телезрители узнают только о стычках в соседних республиках - Дагестане и Ингушетии. Там не проходит и недели без того, чтобы российские силы безопасности не вскрыли гнезда исламских фундаменталистов.

Ситуация в сфере безопасности сегодня крайне нестабильна на всем Северном Кавказе. Безработица превышает 50 процентов. Будут ли какие-либо фундаментальные изменения касательно фактического блокирования информации о Чечне после официального прекращения «антитеррористической операции» в апреле 2009 года - еще не ясно (10).

С 2004 года российское телевидение подвергается строгой цензуре при освещении антитеррористических операций. 1 сентября 2004 года, когда около 50 террористов захватили школу в Беслане на Северном Кавказе, русское телевидение солгало, утверждая, что в школе было 300 заложников. Фактически, террористы захватили в школе 1100 заложников. О требованиях террористов - переговорах с президентом Чечни Асланом Масхадовым – телезрителям не сказали ни слова.

Свободные зоны в регионах

Ситуация в средствах массовой информации в регионах России сильно различается. Есть регионы - такие как Башкортостан и Калмыкия, где СМИ находятся в еще большей степени под государственным контролем, чем в Москве, и есть такие области, как Томск и Красноярск в Сибири, Пермь и Свердловск в Уральском регионе, а также Кострома - город к северу от Москвы - где региональные телевизионные станции пользуются большей свободой, чем в столице.

Телевизионная станция TВ2 в Томске известна своими критическими новостями. Многие потомки бывших заключенных ГУЛАГа живут в этом сибирском городе, и это до сих пор определяет его атмосферу.

Основанная в 1991 году, ТВ2 выпустила в июле 2003 года незадолго до ареста Михаила Ходорковского интервью с попавшими в политическую немилость нефтяными магнатами. Иногда станция также сотрудничает с местными властями. Подколки в сторону местного отделения кремлевской партии «Единая Россия» разбавляют местные новости. Рейтинг ТВ2 впечатляет. Вечерняя новостная программа «Час пик» имеет более высокие рейтинги, чем национальные телеканалы «Первый канал», ранее ОРТ - и «Россия РТР» (11).

Однако даже в крупных городах, таких как Москва и Санкт-Петербург, есть место для критической журналистики на районном уровне, таких как независимый журнал «Мой район», который издается с 2002 года для Санкт-Петербурга, а с 2006 года для Москвы и Санкт-Петербурга общим тиражом 800 000 экземпляров, Издатель - норвежская медиа-группа Schibsted. В газете, для всех доступной в супермаркетах на бесплатной раздаче, есть критические сообщения о повседневной жизни и удивительно подробные отчеты о действиях российской оппозиции.

Росточки гражданского общества

В России всегда есть голоса, которые критикуют ситуацию в медиа-секторе. Но даже если известные личности, такие как телеведущий Владимир Познер с Первого канала, повышают голос, это остается без последствий. Познер сказал в 2006 году в интервью «Независимой газете»:

«Государственные каналы подают одинаковую информацию, в противном случае они будут изгнаны из президентской администрации. Табуированные темы они не затрагивают. Поэтому (...) можно сказать, что население обмануто, потому что оно не знает, что на самом деле происходит в стране. (...) Говоря о гражданском обществе, вера людей в телевидение падает все больше и больше. Население не совсем понимает, что происходит, но она чувствует, что что-то не так».

Познер говорит, что в России нет цензуры, но силен контроль и есть «колоссальная самоцензура».

«Контроль сверху - это встречи (с журналистами) и телефонные звонки, рассказывающие вам, что делать и что не делать» (12).

Иногда инициативам граждан удается попасть на телевидение. Таким образом, «солдатские матери» разоблачили скандал вокруг призывника Андрея Сычева. Молодому солдату должны были ампутировать в январе 2006 года - после зверских пыток сослуживцев - обе ноги.

То, что “солдатские матери” узнали о случившемся вовремя и немедленно отреагировали, вынудил высшие военные чины комментировать ситуацию на телевидении. Военный прокурор также по телевидению раскритиковал невыносимые условия в Челябинской танковой школе. Начальник гарнизона был уволен. Таким образом, есть и успехи у гражданских движений.

Заключение

Во времена перестройки в конце 1980-х годов российские журналисты имели хорошую репутацию. Они сообщали о зверствах сталинизма и «белых пятнах» в советской историографии. Они приняли личное участие в освещении гражданских войн в Нагорном Карабахе, Приднестровье, Абхазии и Южной Осетии. В этом было много идеализма, потому что в то время вы не могли разбогатеть военными репортажами. Тогда выплачивались «советские» зарплаты богатеть было невозможно.

В первой чеченской войне российские журналисты также считали себя нейтральными журналистами, для которых гуманитарные принципы были основными. Это изменилось с президентской кампанией в России в 1996 году, когда Борис Ельцин злоупотреблял журналистами как штурмовыми орудиями против прокоммунистических кандидатов в президенты.

Между тем, журналисты, которые считают себя независимыми представителями «четвертой власти», являются скорее исключением, чем правилом. Сегодня девиз: «Кто платит, тот и заказывает музыку».

Но повсюду в медиа-аппарате появляются новые или старые, уже забытые таланты снова и снова. Вы можете найти их в бесплатных газетах, некоторых московских газетах, региональных телеканалах и интернет-газетах. Если в России когда-нибудь наступит новая политическая весна, талантливые журналисты будут готовы работать в редакциях крупных СМИ.

Ульрих Хайден (текст был опубликован первый раз в 2009 году)

 

Перевод с немецкого языка: Катарина Дювел

Текст на немецком: https://www.rubikon.news/artikel/zwischen-selbstzensur-und-widerstand

Источник: https://rotpunktverlag.ch/buecher/opposition-gegen-das-system-putin


 

Источники и примечание:

(1) Телевизионная станция ОРТ была основанная в 1995 году. Она была переименована 02 сентября 2002 года в канал «Первый».

(2) Либеральный журнал «Итоги» выходил с мая 1996 года по февраль 2014 года.

(3) Журналист Савик Шустер модерировал до начала 2017 года программу «Шустер live” на украинском телеканале 3S.tv. 01 марта 2017 года телеканал прекратил вещание из-за нехватки денег. В мае 2018 года Шустер опубликовал книгу «Свобода слова против страха и унижения».

(4) Либеральная ежедневная газета «Время новостей», основанная в марте 2000 года, прекратила выходить в декабре 2010 года.

(5) Русское издание Newsweek издавалось с июня 2004 года по 18 октября 2010 года.

(6) Радикально-либеральный еженедельник The New Times выходил с 2007 по 2017 год. Сайт газеты продолжает работать и сегодня.

(7) Бизнесмен Александр Лебедев – миллионер состояние которого за последние годы уменьшилось до 400 миллионов долларов. Он продал свои акции в Новой Газете в 2017 году.

(8) 76 процентов «Новой газеты» сегодня принадлежат рабочему коллективу, 10 процентов - бывшему генеральному секретарю КПСС Михаилу Горбачеву.

(9) См. www.kommersant.ru/doc.aspx?DocsID=658466, последний раз ссылка проверялась мной 15.03.2009

(10) Книга Ульриха Хaйдена и Уте Вайнмана «Оппозиция против систем Путина» (издательство Rotpunktverlag Zürich) была опубликована в 2009 году. По сообщениям коллег, поездки в Чечню сегодня возможны и для журналистов, путешествующих в одиночку. Однако в Чечне все еще существует строгий режим безопасности.

(11) www.expert.ru/printissues/russian_reporter/2007/22/regionalnoe_tv/, последний раз ссылка проверялась мной 15.03.2009

(12) Владимир Познер: "Первый, второй и четвертый каналы оболванивают население", Независимая газета, 28.04.2006

 

Teilen in sozialen Netzwerken
Im Brennpunkt
Video